рты-присоски
  прижимались к шлему. Прижимались и пропадали, прижимались вновь и снова
  пропадали в нескончаемом чавканье. Сальто не получилось, скважина слишком
  быстро сужалась, теперь Джонни скользил по одной стенке боком, раздирая
  его в кровь. А потом спуск закончился.
   Джонни лежал на дне, истекая кровью, изо всех сил пытаясь подавить
  крик боли и вернуть себе способность мыслить логично. Он поднял голову и
  увидел темную полосу, отмечающую его путь. Клочья материи свисали с
  некоторых кварцевых вкраплений.
   Дым, выходя из дыры, клубился между ног Джонни, пытаясь добраться до
  его промежности.
   - Уходи, - процедил Джонни. - Мой Бог приказывает.
   Коричнево-черная мразь отступила, грязными лентами завилась вокруг
  голеней.
   - Я могу сохранить тебе жизнь, - произнес голос. Джонни ничуть не
  удивился, что он звучал столь тихо. _Тэк_ по другую сторону дыры в дюйм
  диаметром, пульсирующей красным светом. - Я могу тебя излечить, вернуть
  здоровье, сохранить жизнь.
   - А тебе по силам обеспечить мне Нобелевскую премию по литературе?
   Джонни снял мешки с НАТМом с шеи и выхватил из-за пояса молоток.
  Надо действовать быстро. Слишком много порезов, голова уже туманилась от
  потери крови. Ему вспомнился Коннектикут, туманы по утрам в конце марта -
  начале апреля. Старожилы называли это время земляничной весной. Почему, он
  не знал.
   - Да! Да, это я могу. - В голосе из узкого красного горла слышались
  тревога,