илась в
  специальном выпуске "Сомнительные достижения", выпущенном журналом
  "Эсквайр". Потом о нем неоднократно писал "Спай", журнал, который любил
  потрясти грязное бельишко бывших кумиров.
   Но в тот день, когда Джонни стоял лицом на север и писал, отбрасывая
  вправо длинную тень, эти мысли жалили его не так больно, как обычно. И уж
  точно не так, как в Нью-Йорке. Пустыня настраивала на более мажорный лад.
  Джонни видел себя литературным Элвисом Пресли, состарившимся, потерявшим
  форму, но все равно участником тусовки, хотя ему давным-давно следовало
  сидеть дома. А значит, не так уж все и плохо.
   Он расставил ноги пошире, чуть наклонился, отпустил пенис и обеими
  руками начал массировать поясницу. Ему как-то сказали, что благодаря
  массажу обеспечивается максимальное опорожнение мочевого пузыря. У него
  сложилось впечатление, что так оно и есть, но Джонни знал, что ему
  придется еще раз справить малую нужду, прежде чем он прибудет в Остин,
  который был следующей его остановкой на долгом пути в Калифорнию. Простата
  у него, конечно, не такая, как раньше. Джонни понимал, что надо бы ее
  проверить, да и не только ее, но вообще пройти полное обследование всех
  внутренних органов. Надо бы, но, с другой стороны, кровью он не писает, а
  кроме того...
   Ну хорошо. Он просто боялся, вот что скрывалось за "кроме того". За
  последние пять лет пострадала не только его литературная репутация, и
  отказ от "колес" и спиртного