ли простые времена. Сегодня вс„ гораздо сложнее. Мы играем колодой из
  52 сотен. Понятно?
   - Продолжайте.
   - Мозг может оперировать с 52 картами. Он может проделать
  рассуждения в этих пределах. В девятнадцатом столетии люди
  делали это с л„гкостью. Но ни один человек не может работать с
  52 сотнями - никто, кроме Стрэппа.
   - У нас есть компьютеры.
   - И они совершенны только тогда, когда речь ид„т о картах. Но когда
  вам приходится учитывать также 52 сотни карточных игроков, их
  желания, мотивы, - то, что Стрэпп называет нюансами, - тогда
  Стрэпп может сделать то, чего не может машина. Он уникален, и мы
  можем разрушить его уникальность, обратившись к психоанализу.
   - Но почему?
   - Из-за подсознательных процессов в Стрэппе, - раздраженно
  воскликнул Фишер. - Он не знает, как делает это. Если бы он
  знал, то был бы прав в 100% случаев, а не в 87%. Это
  бессознательный процесс, и все мы знаем, что он скорее всего
  связан с той же ненормальностью, которая заставляет его убивать
  Крюгеров. Если мы избавимся от одного, мы можем нарушить другое.
  Мы не хотим испытывать судьбу.
   - Тогда что же мы будем делать?
   - Защищать нашу собственность, - сказал Фишер, зловеще глядя
  вокруг. - Мы слишком много вложили в Стрэппа, чтобы позволить его
  способности исчезнуть. Мы защищаем нашу собственность.
   - Я думаю, ему нужен друг, - сказала черноволосая стенографистка.
   - Почему?
   - Мы