глянец.
   - Это моя профессия, - ухмыльнулся он и принял дружелюбно-безликое выражение
  бармена. - Добрый вечер, мадам. Приятная ночь. Что желаете?
   - Боже, у меня в магазине был сегодня бурный день. Сухой "мартини". Лучше
  двойной.
   - Конечно, мадам. Хлебец или маслину?
   - Лук.
   - Двойной сухой "Гибсон". Секундочку. - Майо пошарил на полке и, наконец,
  достал виски, джин, несколько бутылок содовой, содержимое которых, несмотря на
  запечатанные пробки, частично испарилось. - Боюсь, наш "мартини" несвежий,
  мадам. Может, желаете что другое?
   - О, ну тогда, пожалуй, скотч.
   - Содовая выдохлась, - предупредил он, - и нет льда.
   - Ерунда.
   Он ополоснул содовой стакан и налил виски.
   - Благодарю. Налейте и себе, бармен. Как вас зовут?
   - Меня зовут Джим, мадам. Нет, спасибо. Никогда не пью на работе.
   - Тогда бросай работу и присаживайся ко мне.
   - Никогда не пью на работе, мадам.
   - Можешь звать меня Линда.
   - Благодарю вас, мисс Линда.
   - Ты серьезно не пьешь, Джим?
   - Да.
   - Ну, за Счастливые Дни...
   - И Долгие Ночи.
   - Мне нравится. Это ты сочинил?
   - Ну, вряд ли. Это обычная призказка барменов, специально для парней.
  Знаешь, а ты соблазнительна. Только не обижайся.
   - Не обижусь.
   - Пчелы! - воскликнул вдруг Майо.
   Линда вздрогнула.
   - Где?
   - Запах. Как в улье.
   - Да? Я не знала, - равнодушно сказала она. - Я, пожалуй,