преодолевая очередную по мере того, как силы таяли, а
  паника парализовывала его. Он споткнулся на лестничной площадке и рухнул на
  дверь. Дверь открылась. За ней стоял Фэревей Файсенд, оживленно улыбаясь,
  потирая руки.
   - Gluclih reyze, - сказал он. - В самую точку. Черт побери! Ты
  двадцатитрехлетний skidud, а? Входи, старик. Я тебе все объясню. Никогда не
  слушайся...
   Халсион закричал.
   - Нет, нет, нет! Не Sturm und drang, мой милый. - Мистер Аквил зажал рукой
  Халсиону рот, втащил через порог и захлопнул дверь.
   - Prest0-chang0, - рассмеялся он. - Исход Джеффри Халсиона из мертвого дома.
  Dien 0vus garde.
   Халсион освободил рот, снова закричал и забился в истерике, кусаясь и
  лягаясь. Мистер Аквил пришелкнул языком, сунул руку в карман и достал пачку
  сигарет. Привычно выхватив сигарету из пачки, он разломил ее под носом у
  Халсиона. Художник сразу успокоился и притих настолько, что позволил подвести
  себя к кушетке, где Аквил стер чернила с его лица и рук.
   - Лучше, да? - хихикнул мистер Аквил. - И не образует привычки. Черт побери!
  Теперь можно выпить.
   Он налил из графина стакан, добавил крошечный кубик льда из парящго ведерка
  и вложил стакан в руку Халсиона. Вынуждаемый жестом Аквила, Халсион осушил
  стакан. В голове слегка зашумело. Он огляделся, тяжело дыша. Он находился в
  помещении, напоминающем роскошную приемную врача с Парк-авеню. Обстановка в
  стиле королевы