имаешь? Из-за таинственной мутации,
  передающейся по наследству в моем роду, которая...
   - Замолчи, черт побери! - крикнул отец. Боль от его руки, ярость в его
  голосе заставили Халсиона замолчать. Он терпел, пока его вывели из дома,
  провели четыре квартала до школы и втолкнули в кабинет мистера Снайдера, где
  вместе с директором ожидал школьный психолог. Это был высокий, худой человек,
  суровый, но энергичный.
   - А, да, да, - сказал он. - Значит, это и есть наш дегенерат? Наш маленький
  Аль Капоне, а? Давайте, поместим его в клинику и там я заведу его j0urnel
  etirne. Будем надеяться на лучшее. Niki prius... Он не может быть плох во всех
  отношениях.
   Он взял Халсиона за руку. Халсион вырвал руку и сказал:
   - Послушайте, вы взрослый, интеллигентный человек. Выслушайте меня. Моих
  родителей обуяли эмоции...
   Отец отвесил ему оплеуху, схватил его руку и вернул психологу. Халсион
  разразился слезами. Психолог вывел его из кабинета и отвел в маленькую школьную
  больницу. Халсион был в истерике. Он дрожал от крушения планов и страха.
   - Неужели никто не выслушает меня? - рыдал он. - Неужели никто не попытается
  понять? Все мы любим детей, так неужели все дети проходят через это?
   - Успокойся, мой милый, - пробормотал психолог. Он сунул Халсиону в рот
  таблетку и заставил ее запить водой.
   - Вы все проклятые антигуманисты, - всхлипывал Халсион. - Вы не допускаете
  нас в свой мир,