дении видели, как задержанный разговаривал с таинственным
  мужчиной, которого он нам описал, - продолжила детектив Оливер. - Они
  вышли вместе.
   - Этот мужчина был Искусник Кид.
   - Так точно, шеф.
   - Кто-нибудь может опознать его?
   - Нет, шеф.
   - У-у, черт! Черт! Черт! - Инспектор в ярости дубасил кулаком по
  столу. - Чует мое сердце, что Кид обвел нас вокруг пальца.
   - Но каким образом, шеф?
   - Неужели непонятно, Эд? Кид мог проведать о нашей ловушке.
   - Ну и что же?
   - Думайте, Эд. Думайте! Может быть, не кто иной, как он, сообщил нам,
  что в преступном мире ходят слухи о готовящемся этой ночью налете.
   - Вы хотите сказать, он настучал сам на себя?
   - Вот именно.
   - Но для чего ему это?
   - Чтобы заставить нас арестовать не того человека. Это сущий дьявол.
  Я же вам говорил.
   - Но зачем он все это затеял, шеф? Вы ведь разгадали его плутни.
   - Верно, Эд. Но Кид, возможно, изобрел какой-то новый, еще более
  заковыристый ход. Только вот какой? Какой?
   Инспектор Робинсон встал и беспокойно зашагал по кабинету. Его мощный
  изощренный ум усиленно пытался проникнуть в сложные замыслы Искусника
  Кида.
   - А как быть мне? - вдруг спросил Бендикс.
   - Ну вы-то можете преспокойно отправляться восвояси, любезный, -
  устало сказал Робинсон. - В грандиозной игре вы были только жалкой пешкой.