о они не видели Эрдиса... не
  слышали его... даже не подозревали о нем.
   - Естественно, - прервал ее мысли Эрдис.
   - Почему естественно?
   - Поймете позже. Сейчас нам предстоит совершить убийство.
   - Нет! - закричала она, вся дрожа. - Нет!
   - Вот как, Сидра? И это после того, как вы столько лет думали об убийстве?
  Планировали его? Любовались им?
   - Я... Я слишком расстроена... У меня не хватит духу...
   - Успокойтесь. Идемте.
   Они вместе поднялись по нескольким ступенькам узкой улочки, свернули на
  гравиевую дорожку и прошли через ворота, ведущие на задний двор. Взявшись за
  ручку двери черного хода, Эрдис повернулся к ней.
   - Настал ваш час, Сидра, - сказал он. - Пришло время, когда вы разорвете узы
  и будете жить вместо того, чтобы мучиться. Настал день, когда вы сведете счеты.
  Любовь - хорошо, ненависть - еще лучше. Прощение - никчемная добродетель,
  страсть - всепоглощающая и конечная цель жизни.
   Он открыл дверь, схватил Сидру за локоть и втащил за собой в прихожую. Здесь
  было темно и полно странных углов. Осторожно пробираясь в темноте, они
  добрались до двери, ведущей на кухню, и открыли ее. Сидра издала слабый стон и
  повисла на Эрдисе.
   Кухня изменилась. Плита и раковина, сушилка, стол, стулья, стенные шкафы и
  все остальное неясно вырисовывались, искаженные, как заросли безумных джунглей.
  Голубоватый отблеск мерцал на полу и вокруг него шевелились тени.