еня.
   Танцы. Танцы. Танцы...
   И стук кулаками по их грудным клеткам, и хрюканье, и снова стук.
   Они зарычали, брызжа слюной, блестевшей на их клыках. И семеро с гнилыми
  обрывками одежды на груди промаршировали почти по-королевски, почти как люди.
   Смотрю на глупые танцы обезьян.
   Они кружат, кружат и кружат...
  
  
   "Итак, близился великий праздник Ялдаваофа. И в этот день синедрион
  раздвинул широкие порталы храма и толпы детей Ялдаваофа вошли в него. И Жрецы
  вывели чудище из клетки и подтащили к алтарю. Четыре жреца держали члены его и
  разложили чудище на камне алтаря, и чудище изрыгало дьявольские, богохульные
  звуки.
   И крикнул тогда провозвестник Маарт: "Разорвем это чудище на куски, дабы
  вонь смерти его ублажила ноздри Ялдаваофа!"
   И четыре Жреца, крепкие и святые, наложили сильные руки на члены чудища,
  так что борьбу его было удивительно видеть, и свет зла на его отвратительной
  шкуре сковал ужасом всех.
   И разжег Маарт огонь алтаря, и огромная дрожь прошла по небесному своду.
   КНИГА МААРТА; Х111: 55 - 59".
  
  
   Дигби, приди ко мне!
   Дигби, где бы ты ни был, приди ко мне!
   Дигби, я нуждаюсь в тебе.
   Это я, Феона.
   Феона.
   Твоя ледяная богиня.
   Нет больше льда, Дигби.
   Я больше не могу сохранять здравый рассудок.
   Колеса крутятся все быстрее, быстрее и быстрее...
   Крутятся в моей голове все быстрее, быстрее и быстрее...
   Дигби,