на коридор.
   - Пройдемте, сэр. Ведите себя спокойно.
   - Ответьте же мне, идиот! Это что, настоящий арест?
   - Вам лучше знать, - сказал полицейский со зловещим намеком. - Пройдемте со
  мной, сэр.
   Пил глянул на него и повиновался. Он давно понял, что когда кто-то
  противостоит ему в непонятной ситуации, глупо предпринимать какие-то действия,
  пока не появятся дополнительные сведения. Конвоируемый полицейским, он прошел
  по коридору, поднялся по каменным ступенькам, сопровождаемый всхлипываниями
  идущей за ними служанки. Пока что он знал только две вещи. Во-первых, что-то
  где-то случилось. Во-вторых, за дело взялась полиция. Все это, по меньшей мере,
  смущало, но он не терял головы. Он гордился тем, что никогда не испытывал
  растерянности.
   Когда они вышли из подвала, Пила ожидал еще один сюрприз. Снаружи был яркий
  дневной свет. Он взглянул на часы. Четыре часа ночи. Он опустил руку в карман и
  заморгал. От неожиданного солнечного света заболели глаза. Прикосновением руки
  полицейский направил его в библиотеку. Пил шагнул к скользящей двери и
  отодвинул ее.
   Библиотека была высоким, длинным, мрачным помещением с узким балкончиком,
  тянущимся под самым готическим потолком. Посредине стоял длинный стол, за
  дальним концом которого сидели три фигуры - силуэты на фоне солнечного света,
  бьющего из высокого окна. Пил вошел в библиотеку, бросив мимолетный взгляд на
  второго полицейского,