шись в свои апартаменты, она решила положить конец всем
  сомнениям, произведя проверку. Она отпустила свой персонал со строгим
  приказом убираться ко всем чертям собачьим и провести ночь где-нибудь в
  другом месте. Она стояла в дверях и выпускала их, изумленных и несчастных,
  потом захлопнула дверь и огляделась. Она продолжала все видеть.
   - Лживый сукин сын, - пробормотала она и принялась в бешенстве
  расхаживать по квартире. Она ходила, изрыгая ядовитые ругательства. Это
  доказывало одно: никогда не вступайте в интимные отношения, они предадут
  вас, они попытаются уничтожить вас и вы останетесь в дураках перед самим
  собой. Но зачем, ради бога, зачем Блейзу понадобился такой грязный трюк,
  чтобы уничтожить ее? Потом она на что-то наткнулась и отлетела в сторону.
  С трудом удержавшись на ногах, она поглядела, обо что ударилась. Это был
  клавесин.
   - Но... но у меня нет клавесина, - изумленно прошептала она. Она
  шагнула вперед, чтобы дотронуться до него и убедиться, что он настоящий, и
  снова обо что-то ударилась. Вытянув руки, она ощупала этот предмет. Спинка
  дивана. Она неистово огляделась. Это была не ее комната. Клавесин. Картины
  Брейгеля на стенах. Якобинская мебель. Портьеры на дверях. Складчатые
  драпировки.
   - Но... это... Это же квартира Ренсона на нижнем этаже. Я, должно
  быть, вижу его глазами. Я... Он был прав... Я... -