устациями. Они повернули направо, спустились до
  Трафальгарской площади и пошли к Сохо, дрожа от холода и
  сырости. На Флит-стрит Вандальер увидел одинокую фигуру.
   - Нам нужны деньги, - зашептал он андроиду, указывая на
  приближающегося человека. - У него они есть. Забери.
   - Приказ не может быть исполнен, - сказал андроид.
   - Забери их у него, - повторил Вандальер. - Силой! Ты
  понял?
   - Это противоречит моей программе, - возразил я. -
  Нельзя подвергать опасности жизнь или ценное имущество.
   - Ради бога! - взорвался Вандальер. - Ты нападал,
  разрушал, убивал. А теперь мелешь какую-то чушь о
  программе! Забери деньги. Убей, если надо!
   - Приказ не может быть исполнен, - повторил андроид.
   Я отбросил андроида в сторону и прыгнул к незнакомцу. Он
  был высок, стар, мудр, с ясным и спокойным лицом. У него
  была трость. Я увидел, что он слеп.
   - Да, - произнес он. - Я слышу, здесь кто-то есть.
   - Сэр, - замялся Вандальер, - у меня отчаянное положение.
   - Общая беда, - ответил незнакомец. - У нас у всех
  отчаянное положение... Вы попрошайничаете или крадете?
   Невидящие глаза смотрели сквозь Вандальера и андроида.
   - Я готов ко всему.
   - Это история нашего народа. - Незнакомец указал назад.
  - Я попрошайничал у собора Святого Павла, мой друг. То, что
  нужно мне, украсть нельзя. А чего желаете вы, счастливец,
  если можете украсть?
   - Денег, - сказал Вандальер.