Чарлстон. Там Адьер получил
  почти смертельную дозу радиоактивного облучения в результате
  рейда, не повредившего, по счастью, железнодорожное полотно.
  Он лечился весь путь: Бирмингем (бубонная чума), Мэмфис
  (отравленная вода), Литл-Рок (карантин) и, наконец,
  Лайонесс, штат Канзас.
   Выплески лавы из шрамов на земле; выжженные дороги; тучи
  сажи и нейтрализующих веществ; радиоактивное свечение в
  темноте.
   После беспокойной ночи в гостинице Адьер направился в
  местный Статистический центр, вооруженный до зубов всякого
  рода документами. Увы, центр не был вооружен данными.
  Снова досадная ошибка военных. Центра просто не
  существовало.
   Весьма раздраженный, Адьер направил стопы в Медицинское
  Бюро, предполагая получить сведения о рождаемости у
  практикующих врачей. Бюро было на месте, и был даже акушер,
  который и сообщил Адьеру, что последнего врача забрали в
  армию восемь месяцев назад. Возможно, в тайну посвящены
  повивальные бабки, но их списков не имеется. Придется
  ходить от двери к двери, интересуясь у каждой дамы, не
  практикует ли она это древнее занятие.
   Адьер вернулся в гостиницу и на клочке оберточной бумаги
  написал: "Столкнулся с дефицитом информации. Ждите
  дальнейших сообщений". Он засунул послание в алюминиевую
  капсулу, прикрепил ее к единственному выжившему почтовому
  голубю и с молитвой выпустил его. Потом сел у окна и
  загрустил.
   Его внимание привлекло странное