ограничные стычки, чтобы потеснить противника в борьбе за
  влияние. Единственной их заботой была защита своих граждан. Они готовы
  были перерезать друг другу глотку из самых лучших побуждений.
   Если бы эту проблему надо было решать только гражданам обоих
  Независимых Государств, вполне можно было бы найти какое-нибудь
  компромиссное решение; но Тритон, у которого, словно у школьника,
  закружилась голова от неожиданно свалившейся на него власти и влияния,
  внес сумятицу в международные отношения, заговорив на языке религии и
  объявив Священную Войну - о существовании которой все уже давно успели
  забыть. Участие в их Священной Войне (включая уничтожение безвредной и
  совершенно незначительной секты, называвшейся квакеры) было одним из
  условий торговых сделок. Оба государства в принципе были готовы принять
  это условие, но, естественно, о нем не должны были узнать их граждане.
  Поэтому, прикрываясь пунктами Прав Религиозных Меньшинств, Прав
  Первопроходцев, Свободы Вероисповедания, Историческим Правом Владения
  Тритоном и тому подобными документами, оба Государства делали ложные
  выпады, отбивали неожиданные удары и наносили удары в ответ, медленно
  сближаясь со своим противником, - словно фехтовальщики, готовящиеся к
  решающему выпаду, который неминуемо должен был означать смертельный исход
  для