речались с самыми невероятными женщинами -
  в общем, Одди возвращался поздно ночью в свою комнату, опьяненный
  волшебством чувств и великолепным многообразием замечательных идей
  Хррдниккисча.
   А иногда - не очень часто - оказывалось, что его ждет папаша Юхансен, и
  тогда они вели длинные серьезные разговоры, так необходимые молодому
  человеку, ищущему гармонию в жизни и жаждущему понимания вечности. Одди
  хотелось быть похожим именно на Юхансена - сияющее воплощение Духовного
  Добра, живой пример Веры в Бога и Этического Благоразумия.
   Кризис разразился тринадцатого марта. Мартовские Иды - они должны были
  почувствовать символичность этой даты. После обеда в Клубе факультета три
  великих человека увели Одди в фотолабораторию, где к ним, будто совершенно
  случайно, присоединился Джесс Мигг. Прошло несколько напряженных минут, а
  потом Мигг сделал знак, и Белланби заговорил:
   - Одди, - спросил он, - тебе когда-нибудь снилось, что ты проснулся и
  оказалось, что ты стал королем?
   Одди покраснел.
   - Вижу, что снилось. Знаешь, к каждому человеку когда-нибудь приходил
  такой сон. Это называется комплексом Миньона. Обычно все происходит так:
  тебе становится известно, что на самом деле твои родители тебя усыновили и
  ты являешься законным королем... ну, скажем...
   - Руритании, - помог ему Хррдниккисч, который занимался изучением
  художественной