увствую, как новые капли кислоты разъедают кожу.
   Они падали все сильней и быстрее, пока пелена чего-то холодного и
  едкого не ударила на бегу прямо мне в лицо. Задыхаясь, я стал озираться и,
  наконец, сдернул черные защитные очки, все еще закрывающие глаза. За моей
  спиной прогремел гром. Поддерживая одной рукой Мэнсона, я вытянул шею и
  увидел, что все небо черно от летней бури, а нижняя часть туч освещена
  каким-то диким свечением.
   Вдруг тьму пронзил ослепительный удар молнии, под ногами задрожала
  земля, и нас снова яростно отбросило вниз. Моя голова чуть не раскололась
  от ревущего громового раската, похожего на войну миров. Я лежал ничком,
  рядом со мной - Мэнсон, а над нами пронеслась циклоническая волна
  обжигающего, удушливого воздуха.
   Следующие несколько часов сплелись в памяти в какой-то хаос. Я смутно
  помню, как мы с Мэнсоном мучительно ползли сквозь мокрый папоротник, как
  нас, наконец, нашли и, стонущих, отвезли домой, как мы тупо лежали в
  кроватях, слыша, как другие с любопытством обсуждают странный метеор,
  проплывший над полями и потом взорвавшийся, бурю и необычный ураган.
  Потом, когда я достаточно оправился, чтобы встать и поехать к себе, мы с
  Мэнсоном доковыляли до разрушенной лаборатории и несколько минут молча
  смотрели друг на друга.
   - Слава Богу, все думают, что это был природный катаклизм,