е затикали часы, он помнил это все очень отчетливо,
  даже сейчас, спустя долгое время. Кто-то должен быть здесь, подумал он;
  кто-то должен был завести эти часы.
  
   Он нашел мальчиков в кроватях, под простынями и одеялами. У них
  больше не было лиц, они были срезаны. Один из них - Тим? - лежал с широ-
  ко раскрытым ртом, и Вайсингер увидел, что его белеющие зубы покрыты
  местами толстым слоем засохшей крови. Глотки у них были тоже перерезаны.
  
   В другой спальне, побольше, было еще хуже. Дора, в домашнем
  платье, в котором каждое утро она готовила завтрак для семьи, лежала на
  полу в луже крови. Ее голова была почти отделена от тела, и одна нога
  лежала в углу, словно отброшенная прогулочная трость. Именно тогда ему и
  стало плохо, и он усиленно старался добраться до ванной, чтобы не выбле-
  вать все свои внутренности на ковер.
  
   Но в ванной лежал Сайрус. Его отдельные части были разбросаны по
  полу, а Сайрус Флетчер был большим сильным мужчиной, который рубил дрова
  и подвозил их в город для своих покупателей. Сейчас, казалось, от него
  осталось очень мало: клочки плоти и мускулов, и зазубренных осколков
  костей. Остатки потрясенного ужасом лица, расплющенного ударом тяжелого
  предмета. Много позже, когда Вайсингер перестал трястись и блевать, он
  обнаружил