Слышались
  отдельные выкрики, беспорядочный шум, стук копыт, громкие восклицания. С
  тыла, из спящего лагеря доносилось пение горнов и грохот барабанов.
  Продираясь сквозь кустарник, по обоим ответвлениям дороги полным ходом
  отступали дозорные северян, отстреливаясь наугад. Отставшая группа,
  отходившая по одной из дорог согласно приказу, внезапно скрылась в зарослях.
  Полсотни всадников промчались мимо, неистово размахивая саблями. Стреляя на
  полном скаку, они как одержимые пронеслись мимо того места, где находился
  Байринг, и скрылись за поворотом дороги, продолжая кричать и разряжать во
  тьму пистолеты. Спустя минуту послышалась ружейная пальба и одинокие
  пистолетные выстрелы. Нападающие встретились с резервным отрядом северян. И
  вот они уже в беспорядке устремились обратно. То там, то здесь мелькали
  опустевшие седла, обезумевшие раненые лошади неслись вперед, храпя от боли.
  Все было кончено - "бой на аванпостах" утих.
   Отряд был пополнен свежими силами, солдаты после переклички вновь
  построены. На сцене появился полуодетый командир северян со своим штабом.
  Задав с глубокомысленным видом несколько вопросов, он удалился. Простояв
  около часу в полной боевой готовности, солдаты бригады "прочли одну-две
  молитвы" и улеглись на покой.
   Ранним утром следующего дня отряд под командованием капитана и в
  сопровождении хирурга осматривал местность в поисках убитых и раненых. На
  развилке дороги, чуть в стороне, они нашли