В тех местах тогда не водилось
  ни газет, ни следователей, а общественное мнение, вероятно, сошлось на том,
  что он умер естественной смертью. Будь здесь иная причина, мне рассказали
  бы, и я бы, конечно, ее запомнил. Знаю только, что люди, должно быть смутно
  ощущая взаимосвязь вещей, похоронили Мэрлока около хижины рядом с могилой
  его жены, умершей так много лет назад, что в местных преданиях не
  сохранилось о ней почти никаких следов. Тут кончается заключительная глава
  этой правдивой истории; следует лишь упомянуть о том. что спустя много лет
  я, в компании других столь же отчаянных храбрецов, частенько пробирался к
  дому Мэрлока и, отважно приблизившись к разрушенной хижине, швырял в нее
  камнем, а затем опрометью кидался прочь, чтобы избежать встречи с призраком,
  который, как известно было всякому хорошо осведомленному мальчику, бродил в
  этих местах. А теперь я приступаю к начальной главе этой истории,
  рассказанной моим дедом.
   В ту пору, когда Мэрлок построил свою хижину и с помощью топора
  энергично принялся отвоевывать у леса участок земли для своей фермы, он был
  молод, крепок и полон надежд. На первых порах он добывал себе пропитание
  охотой. Мэрлок явился сюда с востока страны и, по обычаю всех пионеров,
  привез с собой жену, во всех отношениях достойную его искренней
  привязанности. Она охотно и с легким сердцем делила с ним все выпавшие на
  его долю опасности и лишения. Имя ее не дошло до нас. Предания ничего