нный
  вспышкой и звуком выстрела. Руки и ноги трупа были раскинуты, платье
  сбилось, волосы спутались. Из ужасной рваной раны на горле натекла целая
  лужа крови, еще не успевшей свернуться. Ленты, связывавшие запястья, были
  разорваны, пальцы судорожно скрючены. В зубах у женщины торчал кусок уха
  пантеры.
  
   * ОДИН ОФИЦЕР, ОДИН СОЛДАТ *
  
   Капитан Граффенрейд стоял впереди своей роты. Его полк еще не вступил в
  бой. Он занимал участок передовой, которая вправо тянулась мили две по
  открытой местности.
   Левый фланг заслонял лес - в лесу терялась линия фронта, уходившая
  вправо, но было известно, что она простирается на много, много миль.
   Отступя сто ярдов, проходила вторая линия. Здесь располагались колонны
  резервных частей. На невысоких холмах между этими двумя линиями занимали
  позиции артиллерийские батареи. Там и сям виднелись группы верховых -
  генералы в сопровождении штабных офицеров и личной охраны, командиры полков,
  - они нарушали четкий порядок построенных войсковых колонн и подразделений.
  Многие из этих выдающихся личностей сидели на лошадях неподвижно, с
  биноклями в руках и внимательно обозревали окрестности, другие же, выполняя
  различные распоряжения, не спеша скакали взад и вперед. Чуть подальше
  группировались санитары с носилками, санитарные повозки, фургоны с воинским
  снаряжением и, конечно, денщики офицеров. А еще дальше, по направлению к
  тылу, на протяжении многих миль, вдоль всех дорог находилось