вато.
   - Ну, скажем, если бы человека заперли на всю ночь наедине с трупом - в
  темной комнате - в пустом доме, - где нет даже одеяла, чтобы закутаться в
  него с головой и не видеть страшного зрелища", и он пережил бы ночь, не
  сойдя с ума, он был бы вправе похвалиться, что не рожден женщиной и даже не
  является продуктом кесарева сечения, как Макдуф.<Макбет, как обещали ему
  ведьмы, мог не бояться никого, кто рожден женщиной. Макдуф был вынут из
  чрева матери, а следовательно, не был рожден женщиной и поэтому смог убить
  Макбета. (Прим. перев.)>
   - Я уж думал, что вы никогда не кончите перечислять условия, - сказал
  Харпер. - Ну что ж, я знаю человека, который, не будучи ни врачом, ни
  военным, сделает это на пари и примет все условия, какую бы вы ставку не
  назначили.
   - Кто он такой?
   - Его зовут Джерет, он приехал сюда, в Калифорнию, из Нью-Йорка, как и
  я. У меня нет денег, чтобы поставить на него, но сам он рискнет любой
  суммой.
   - Откуда вы знаете?
   - Да его хлебом не корми, дай только побиться об заклад. Что же
  касается страха, то, насколько мне известно, Джерет считает его какой-то
  накожной болезнью или особого рода ересью.
   - Как он выглядит? - Хелберсон понемногу начинал проявлять интерес.
   - Немного похож на Мэнчера, - пожалуй мог бы даже сойти за его
  близнеца.
   - Я принимаю вызов, - не раздумывая, проговорил Хелберсон. -
  Чрезвычайно обязан вам за лестное сравнение, - медленно