, они, скорей всего,
  так же обходительно и корректно силой заволокли бы ее в дом.
   А может быть, она была к ним несправедлива? Пожалуй, потому что когда они
  вошли в холл, сержант Коул нарочно двигался впереди нее, заслоняя собой стол
  дежурной медсестры. Он, как Карен поняла, старался выполнить свое обещание,
  что ей не придется смотреть на убитых.
   - Сюда, пожалуйста, - сказал он, указывая на открытую дверь слева. Пока
  Хайэмс провожал ее, она заметила Монтойю, спускавшегося по лестнице в конце
  коридора. Даже при тусклом освещении Карен показалось, что его смуглое лицо
  было неестественно бледным.
   Когда Монтойя подошел, сержант Коул кивнул ему:
   - Они уже выехали. Когда приедут, пусть начинают, выполнят стандартные
  оперативные процедуры в полном объеме. Как только освобожусь, буду с ними.
  Но пусть не беспокоят меня, если только не обнаружат что-то, что мы
  пропустили.
   - Слушаюсь, - сказал Монтойя.
   Коул сделал шаг в сторону, пропуская Карен в дверь. Они с Хайэмсом вошли
  следом.
   Помещение с книжными полками, занимающими две стены от пола до потолка,
  явно служило кабинетом. Окно в третьей стене было закрыто шторами, а
  четвертая - дальняя - была увешана дипломами и медицинскими свидетельствами
  в красивых рамах.
   - С вами все в порядке, миссис Раймонд? - голос Коула звучал мягко и
  участливо. Карен зажмурилась, потом подняла на него глаза.
   - Садитесь, пожалуйста.