т чист.
  Поэтому старуха и упрятала его в клинику. Потратила кучу бабок, чтобы
  держать его там и, если бы у мамаши с Гризволдом все шло, как они задумали,
  он играл бы сам с собою до скончания века или до тех пор, пока у мамаши не
  кончились башли. Но для Гризволда кое-что кончилось раньше, ну, а
  возвращаться назад он не собирается. Увольте. Сейчас он был коротко
  подстрижен, бороду сбрил, собственная мамаша его не узнала бы. А если и
  узнала бы, то было бы уже поздно...
   Поздно. Было уже за полночь, и никто не показывался.
   Тони переступил с ноги на ногу и перевел взгляд в сторону Сансет Стрип,
  следя за встречным движением. В двенадцать, так он сказал, а Тони торчал
  здесь уже более двадцати минут. Он вспоминал вчерашний разговор.
   Это было после того, как тот человек вернулся к машине и увидел, что все
  сбежали, а Тони лежал на заднем сиденье, оглушенный рукояткой пистолета, под
  дулом которого он должен был их всех держать.
   - Я ничего не мог поделать, - повторял Тони. - Они навалились на меня все
  сразу. Если бы ты разрешил мне зарядить этот вонючий пистолет...
   - Чтобы ты прикончил кого-нибудь, и вся полиция села нам на хвост? -
  Человек вздохнул. Он бросил на Тони странный взгляд и произнес одну из своих
  странных фраз: "О, сколько обличий моей ненависти к тебе! Несть числа". И
  засмеялся своим странным смехом, который означал, что все в порядке. - Не
  переживай,