ве, некоторые из сотрудниц имели обыкновение брать на
  крышу обед, чтобы заодно позагорать во время перерыва. Но она никогда не
  ходила одна, а потом в офисе издали приказ, запрещающий такую вольность, и с
  тех пор сюда забыли дорогу. Можно было понять, почему. Не считая выступа
  стеклянного купола над выходом с лестницы, крыша была совершенно плоской, и
  ничто не отделяло ее кромку от зияющей пустоты - не было ни бортика, ни
  ограждения. Сильный ветер мог представлять серьезную опасность.
   Но сегодня ветра не было, только летний зной. Под ногами хрустели крошки
  цемента. Полуденное солнце склонялось к Санта-Монике на западе, и Карен
  повернулась к нему спиной, медленно пошла, вглядываясь в затененные сектора
  города.
   Четыре часа.
   Карен повернулась к стеклянному куполу.
   На крыше по-прежнему никого не было. Пусто и тихо.
   Что случилось?
   Почему он не пришел?
   Она прищурилась от яркого солнца, глаза застилало потом.
   Жарко, слишком жарко.
   Ей пришлось отвернуться. Маленькое облачко прикрыло солнце, поднялся
  легкий ветерок. Испытывая благодарность, она пошла навстречу ему к восточной
  кромке крыши.
   Карен посмотрела вниз на улицу. С высоты четырнадцати этажей ей
  показалось, что машины ползли медленно, словно заводные игрушки. Внезапно
  она почувствовала головокружение и отпрянула на шаг от края крыши.
   Ветерок подул сильнее. Она начала поворачиваться.
   В этот