л с изощренным садизмом заставлял Ину Блэйн смотреть фильм. Я
  взглянул на Веронику поверх чашечки с кофе, и мне показалось, будто она
  тоже без конца прокручивает в уме увиденную тогда картину. Горе и
  страдание отражались на ее лице. Я понял те чувства смущения,
  разочарования, измены, которые она, должно быть, испытывала сейчас,
  наклонился к ней и положил руку на ее ладонь. Женщина подняла на меня
  глаза.
   - Спасибо, - сказал я, - но тебе не нужно было вмешиваться. Я мог
  воспользоваться услугами другого поручителя.
   - На этот раз дедукция подводит, тебя. - Она старалась придать голосу
  веселый, легкий тон. - Я должна была вмешаться. Один репортер знал, что
  я твоя клиентка, и позвонил мне сразу после твоего ареста.
   - Это чудесная, изумительная заварушка, с точки зрения некоторых
  журналистов.
   - Скоро все кончится, Эд?
   - Не знаю. Лепперт еще на свободе, как акула в просторном заливе.
  Если взять вопрос о передаче дела об убийствах в суд, то я нахожусь к
  этому ненамного ближе, чем вначале. Но я потревожил некоторых людей. Это
  здорово. Могу забыть про свою лицензию, которой лишился до конца
  предварительного следствия. Еще лучше. Показания Делани могут явиться
  достаточными, чтобы связать мне руки и заставить вмешаться высшие
  инстанции. Если понадобится...
   - Да, Эд?
   - Я попрошу тебя...
   - Явиться в суд? Заплатить штраф?
   - Боюсь,