алов, тумбочка и телефон. На стенах
  висели фотографии, в основном свадебные. Судя по всему, они были
  выполнены хозяином студии.
   - Мне кажется, вы не поняли меня, - тонко проговорил Спроул. -
  Рабочий день окончен. Я собираюсь уходить.
   Я обернулся. В прямом ярком свете черты его лица выглядели еще
  острее: узкие глазки, похожие на лезвия челюсти, цыплячья шейка с
  огромным адамовым яблоком. Мне представилась разозленная, облезлая
  мексиканская собака, готовая к броску.
   - Успокойтесь, Спроул. Я пришел не за снимком. Меня прислал Делани.
   - Делани?
   - Ага, Чучело.
   - Но, насколько я помню, мне не приходилось...
   - О, бросьте. Он просил меня зайти к вам.
   - Что-то я ничего не пойму.
   Фотограф стоял рядом с дверью. Вся его поза выражала чрезвычайную
  осторожность.
   - Натали велела Делани поговорить с вами, - продолжал я. - Что-то
  скоро должно произойти, но что бы это ни было, Делани собирается
  вцепиться в дельце как черт.
   Очень медленно Спроул закрыл дверь.
   - Я не знаю никаких Делани или Натали. Но даже если бы знал, все
  равно не понимаю, о чем вы говорите.
   - Вы знакомы с человеком по имени Эд Риверс?
   - Я слышал о нем, но ни разу не видел.
   - Вы в курсе, что он сделал с Делани?
   - Если бы я знал Делани, то, весьма вероятно, мог бы.
   Я потер пальцами челюсть в надежде выразить этим жестом крайнее
  раздражение.