щий ореол. Одета она была в изящно пошитые белые шорты,
  блузку и легкие сандалии, приятно поскрипывающие при плавных движениях
  стройных ног. Натали отступила в сторону и улыбнулась, будто увидела в
  моей внешности нечто забавное.
   - Входите, мистер Риверс.
   Я последовал за ней в фойе, затем вниз, в уютный полуподвальный холл.
  Дверь одной из просторных комнат оказалась открытой. В проникающем из
  холла свете я разглядел, что она пуста. В доме царила мертвая тишина,
  словно кроме нас двоих здесь никого не было. Девушка провела меня в
  маленький кабинетик с мебелью из орехового дерева, отделанной дорогой
  кожей. Обстановка для нашей местности казалась тяжеловатой, но являлась
  признаком роскоши. Единственная лампа с приглушенным светом придавала
  помещению уют.
   Натали Квинтон подошла к украшенному искусной резьбой шкафчику,
  гармонирующему с небольшим столом.
   - Выпьете, Риверс?
   - Нет, благодарю вас.
   - Не обидитесь, если я налью себе немного бренди? Из-за поисков вашей
  персоны мне пришлось отложить сегодня обед, и теперь я бы хотела выпить.
   - Пожалуйста, - сказал я, ухмыльнувшись ее церемонности.
   Девушка улыбнулась в ответ и плеснула бренди в крошечную рюмку.
   - Ваш отец дома? - поинтересовался я.
   - Нет. Я одна.
   Держа рюмку между ладонями, она приблизилась к столу и присела на его
  край, эффектно скрестив ноги.
   - По правде говоря, папа здорово зол на вас.