щей в их венах. В
  желудке опять начались судороги. Боже, не дай мне упасть и привлечь
  внимание! Близко прошла женщина с горячим сильным потоком крови, он
  повернулся в ее сторону, как стрелка компаса... и тут же отскочил в
  страхе. Как давно он не брал девушку? Со встречи с Марти. Он вспомнил, что
  в последние дни отвергал немало соблазнительных предложений. А теперь
  отказ - не только удар по самолюбию, это отказ от ужина. Но еще хуже, если
  она согласится с ним пойти. Что, если он убьет ее?
   Он не может. Просто... не может!
   В панике он свернул на боковую улицу и побежал прочь от Бродвея,
  прочь от запахов, разжигающих аппетит. И не останавливался до следующего
  угла. Тут он прислонился к стене здания, проклиная себя. Ну и вампир! Что
  же ему делать?
   Постепенно он понял, что из-за угла доносятся голоса, резкие, полные
  гнева и страха.
   - А Ричи говорит, что ты утаиваешь от него деньги. Ему это не
  нравится.
   - Нет, - ответила женщина. - Просто мало работы. Клиентам нужны
  молоденькие. Я стараюсь изо всех сил. Клянусь.
   Гаррет узнал голос Бархат. Пробравшись к углу, он выглянул.
  Проститутку прижимал к стене мужчина, размахивающий у нее перед носом
  ножом.
   - Ну, если не можешь убедить их, что тебе шестнадцать и ты
  девственница, найди что-нибудь другое, что им нравится. Ричи говорит, что
  ты