гчителя воды и чего-то еще, странного, но необыкновенно
  привлекательного, с металлическим соленым вкусом. - Немного позже пришлю
  массажистку. Это поможет.
   Массажистка хорошо поработала над ним, но и это не помогло. Простыни
  казались горячими, они липли к телу. Он напрасно вертелся в поисках
  прохладного места.
   Но хоть удобнее ему не становилось, с каждой порцией крови он
  чувствовал себя все лучше. Тело становилось легче, он двигался с меньшими
  усилиями. Жажда, мучившая его весь день, сменилась голодом, и он с
  нетерпением ждал ужина.
   Но он испытал разочарование, увидев жидкую похлебку, желатин и чай,
  которые ему принесли.
   - Я могу получить настоящую пищу? - Он с тоской вспомнил о жареном
  рисе и кисло-сладкой свинине Лин.
   - Мы не хотим, чтобы ваша циркуляция крови обслуживала еще и
  пищеварение.
   Может, мы не хотят, но он не возражал бы. А может, и возражал бы.
  После еды в желудке стало нехорошо, его чуть не вырвало. Гаррет лежал
  спокойно, борясь с тошнотой. Может, это следствие вечера? Или кулака
  Чиарелли?
   Наконец тошнота ослабла... и Гаррет понял, что ему гораздо лучше.
  Полный свежей крови и символической пищи, он чувствовал себя удивительно
  нормально. И хоть по-прежнему хотелось спать, боли стихли. Он пожалел, что
  в палате нет телевизора.
   Позже вечером появился врач, он представился