я ради такого, - откликнулся
  Джон, открыл дверь и поспешил в церковь.
   - Полностью с тобой согласен, - крикнул в спину ему Стаффорд.
   Колокольный звон возвестил о начале исповеди. Каблуки Джона звонко
  промокали по мраморному полу; он шел не поднимая головы, тем не менее смог
  заметить, что в зале находится несколько человек. Он вошел в конфессионал,
  закрыл дверцу и сел на скамью, покрытую красным бархатом. Потом отодвинул
  решетку, отделяющую его кабинку от соседней, положил в рот леденец и
  принялся ждать окончания колокольного звона. Затем снял с руки часы и
  положил на полочку перед собой, чтобы следить за временем. Исповедь
  заканчивается в четыре тридцать, в пять тридцать назначен деловой ужин с
  советом мэрии по проблемам бездомных в районе.
   Как только отзвонили колокола, в соседней кабинке появился первый
  человек. Он опустился на колени, в решетчатом оконце показались тубы, усы и
  борода, и мужской голос с испанским акцентом произнес:
   - Простите меня, отец мой, ибо я согрешил. Джон ожидал продолжения,
  которое последует за ритуальной фразой. Бородатый мужчина оказался
  алкоголиком, он украл деньги у собственной жены, чтобы купить спиртного, а
  потом избил ее, потому что она пожаловалась. Джон кивал, приговаривая время
  от времени - "да-да, продолжай", - но взгляд его был сосредоточен на
  циферблате наручных часов. Мужчина закончил и ушел, получив в напутствие
  указание молиться