рела, - спокойно урезонила его Дебби. - Я решила, что пора
  становиться человеком.
   - О да! Человек! Это прекрасно! - Испуганный взгляд метнулся к Джону.
  Потом обратно к Дебби. И замер. - Послушай, Дебби... Ты... Ты - самый лучший
  человек. Ты меня слышишь?
   - Я тебя слышу, дядя Джо.
   - Вот! И если кто-нибудь попробует создавать тебе проблемы, скажи, что у
  тебя есть связи в верхах! Понимаешь?
   Она кивнула и улыбнулась.
   Синклер, все еще не придя в себя от изумления, с тем же лицом цвета сыра,
  снова уставился на Джона:
   - Всегда?
   - Всегда. В соборе Святого Франциска, на Вальехо-стрит. Загляните
  как-нибудь, сходим на ленч. У меня связи в верхах.
   - Да, конечно, отец! Безусловно! Связи в верхах! - Он осклабился и заехал
  локтем под ребро Чаку с такой силой, что парень поморщился. - Связи в
  верхах! Ну и шутник!
   - Прощайте, дядя Джо, - Произнесла Дебби и взяла его за руку.
   - До свидания, детка. Отец... Надеюсь, мы с вами увидимся.
   - Как-нибудь.
   - Да! Да, безусловно! - Он расплылся в улыбке, обхватил за плечи сыновей,
  и все трое двинулись к выходу.
   - Производится посадка на объединенный рейс 1714 по маршруту Даллас -
  Мемфис - Новый Орлеан, - объявил металлический голос.
   Они подошли к дверям трапа, ведущего на борт.
   - самолета. Дебби крепко сжимала в руке билет. Мимо торопились пассажиры
  с ручным багажом. Неумолчный гул стоял в здании вокзала.
   - Наверное, тебе пора, - сказал Джон и уставился в пол.