? - переспросил монсеньер, вытирая корочкой хлеба тарелку.
   - Женщинам из порноквартала. Куда они денутся, если тут все закроют?
   - Не "если". Когда. - Макдауэлл нахмурился; между его кустистыми светлыми
  бровями набухла складка. - Странный вопрос, Джон.
   - Возможно. - С чувством неловкости он оглядел собравшихся за столом. -
  Но, по-моему, это честный вопрос. Что станется с этими женщинами?
   - Их заставят найти себе приличную работу, - ответил Макдауэлл. - Это
  во-первых. Но гораздо важнее, что эта грязь исчезнет с наших улиц, по
  которым ходят школьники и могут ежедневно наблюдать все это.
   - Я понимаю, это важно, но... - Джон сделал паузу, стараясь найти нужные
  слова. - Мне кажется... Мне кажется, что нам следовало бы обратить внимание
  на женщин - да и мужчин тоже, - которые там работают. Видите ли... Одно дело
  - сказать, что их заставят найти себе приличную работу, и совсем другое -
  полагать, что они действительно захотят ее искать. Сомневаюсь, что город
  найдет дополнительные средства для переквалификации проституток и
  ресторанных танцовщиц, большинство из которых, не исключено, сидят на игле.
  - Он посмотрел на Вандерфолка. Тот сидел с каменным выражением лица. Потом -
  на Макдауэлла. Монсеньор застыл с куском хлеба во рту. - Сомневаюсь, что они
  в один миг превратятся в добропорядочных католиков. - Он попытался
  улыбнуться, но лицо было как резиновое. - Я полагаю, сэр... В общем, я
  пытаюсь сказать, что... Если