альнике леопардовой
  раскраски, дающим возможность рассмотреть практически весь зад. У ее ног
  трое распростертых мужчин тянули к ней руки, охваченные безумной страстью.
   Как я, подумал Джон. Он узнал податливые формы тела Дебры Рокс, которые
  успел разглядеть днем в церкви; изгиб талии и абрис бедер напомнил ему
  виолончель, созданную рукой чувственного мастера. Это впечатление
  усиливалось цветом загара, таким ровным и пышущим здоровьем, что казался
  нарисованным. Он некоторое время поразглядывал плакат, потом сделал
  несколько шагов в сторону, словно изменение угла зрения могло дать
  трехмерное изображение. Он бросил взгляд на билетную кассу. Табличка
  извещала, что вход стоит пять долларов. Он осмотрел дверь. Дверь не
  представляла собой ничего особенного, но он понимал, что будет проклят, если
  посмеет войти внутрь. Хотя.., если одним глазком... Пять минут. Максимум -
  десять. Он сгорал от желания увидеть лицо Дебры Рокс - просто чтобы иметь
  перед глазами образ, на который можно было бы поместить эти пухлые красные
  губы. В ушах зазвучал ее голос - мерцающий как негасимое пламя: Бог создал
  этот мир, так? Значит, и секс - тоже.
   Совершенно верно.
   Может, это окажется не так плохо, как он думает. Может, и нет. Может
  быть, все эти фильмы - чистое притворство.
   Он должен увидеть. Должен.
   Он достал из бумажника пятидолларовую бумажку, подошел к кассе и постучал
  в окошко.
   Мужчина вскинул