Дебра Рокс повернулась к камере.
   Верхнюю часть ее лица закрывала блестящая, с заостренными краями
  полумаска. Как у Марди Грае, подумал Джон. Но он мог различить цвет ее глаз
  - темно-серый, цвета древесного угля, подернутого пеплом. Волосы густыми
  черными волнами омывали загорелые плечи... А ее груди... О Боже, ее груди
  были так прекрасны, как и мечтал - и боялся - Джон.
   И тем не менее маска не давала возможности как следует рассмотреть ее
  лицо. А ее полные красные губы устремились непосредственно к паху, и Джон
  подумал, что сейчас небеса должны разразиться громом и молниями, снести
  потолок и поразить его в его нечестивые глаза. Но потолок остался на месте.
   Красные губы двигались с размеренной страстью. Мужчина выдохнул "о'кей" в
  камеру и улыбнулся столь сладострастно, что у Джона появилось непреодолимое
  желание заехать ему кирпичом по голове. Если бы им только удалось
  встретиться. Нет-нет, он не способен на это. Но зачем же ему так улыбаться?
   Джон придвинул кресло еще немного поближе. Губы Дебры Рокс заполнили весь
  экран.
   Я умру, подумал Джон. Прямо здесь и сейчас. Утром сюда войдут и обнаружат
  тушку, лежащую в маленькой вонючей луже...
   В этот момент Дебра Рокс подняла голову и произнесла, обращаясь к
  мужчине:
   - Я хочу тебя побрить.
   Мелкие капли пота выступили на верхней губе. Струйки пота покатились по
  шее. Дебра Рокс взяла баллончик с мыльной пеной и обрызгала пах. Взбила
  пену, потом