олько мне помнится, писалось
  хорошо. А если даже и нет, вы не хуже меня знаете, что работа позволяет
  коротать время.
  
  ***
  
   Второй приступ слез случился у меня через три или четыре дня после
  похорон. Ощущение, что я по-прежнему сплю, не проходило. Я ходил,
  разговаривал, отвечал на телефонные звонки, работал над книгой, которую к
  моменту смерти Джо закончил процентов на восемьдесят, но мне постоянно
  казалось, что происходит все это не со мной, что я - это не я, а настоящий
  "я" наблюдает за всем со стороны, послав вместо себя двойника.
   Дениз Бридлав, мать Пита, предложила в один из дней на следующей недели
  привести двух своих подруг и прибраться в большом доме, в котором я теперь
  жил один - одинокая горошина, позабытая в банке. Она сказала, что
  генеральная уборка обойдется мне в сотню долларов на троих, и добавила, что
  без этого никак нельзя. После смерти обязательно надо прибраться, даже если
  человек умер и не в доме.
   Я ответил, что мысль неплохая, но сказал, что заплачу каждой женщине по
  сто долларов за шесть часов работы. То есть закончить уборку они должны за
  шесть часов. А то, что они не успеют сделать в отпущенное им время,
  останется на следующий раз.
   - Мистер Нунэн, это слишком много, - запротестовала Дениз.
   - Может - много, а может, и нет, но я плачу именно столько. Беретесь за
  уборку?
   Она ответила, что они берутся, конечно, берутся.
   В итоге в вечер, предшествующий их