гда я был маленьким,
  меня одолевала жажда приключений, опасных путешествий и смелых открытий, и я
  обожал чердаки и подвалы. Особенно подвалы, потому что там было темно! В
  десять лет я не расставался с фонариком и к двенадцати я обследовал все
  подземные ходы, переходы и погреба не только в нашем городском районе, но и
  в центре. Я был признанным чемпионом среди мальчишек на нашей улице,
  некоторых я брал с собой, но обычно показывал им уже известные мне маршруты,
  чтобы блеснуть, так сказать, эрудицией и оставить себе честь и славу
  первооткрывателя.
   Точно такое же детское возбуждение охватило меня при виде этой
  таинственной двери. Я не смотрел на остальных, но думаю, Танкред (мое мнение
  о нем за прошедшие пару дней очень переменилось) был в таком же восторге,
  как я. Короче, я повернул ключ, снял замок и открыл тяжелую дверь. Потом
  взял лампу и вошел. За мной по пятам шел Танкред, дыша мне в макушку, за ним
  - все остальные.
   Перед нами открылась квадратная, размером примерно четыре на четыре метра
  комнатка с люком в крыше. Первое, что я увидел, была большая старая шкатулка
  на полу и ветхий стул. Тут же стояло старинное бюро и высокий бронзовый
  канделябр со свечами. На столике в бюро лежал раскрытый толстенный
  манускрипт, а рядом - изумительный письменный прибор: чернильница с
  крышечкой и песочница с дырочками, чтобы посыпать песком исписанный лист;
  раньше при письме не пользовались промокательной бумагой. Прибор включал и
  стаканчик