нет психом! -
  Возмущенно воскликнула Моника. - Как же можно так говорить!
   Мы еще с полчаса спорили на эту тему, пока вдруг Эбба не стукнула себя
  кулачком по ладони и не заявила самым категоричным тоном: /
   - Все! Хватит! Я пойду туда и поговорю с этим типом. Я должна высказать
  ему все, что я думаю по этому породу. Раз уж Лиззи не в силах самостоятельно
  выпутаться из этой гнусности, ей надо помочь. Я пойду и заберу ее из этого
  дома. Пусть даже мне придется позвать полицию или целую пожарную команду, я
  этого так не оставлю.
   Она направилась в прихожую и стала натягивать резиновые сапоги. Арне
  пошел за ней.
   - Эбба, золотая моя, послушай! Разумеется, это весьма похвально бросаться
  на помощь угнетенным... "сестрам младшим". Дискриминируемым. Но, радость
  моя, ты не находишь, что, действуя подобным образом, ты начинаешь грубо -
  да, грубо! - вмешиваться в чужую частную жизнь?
   - Нет, я пойду! - упрямо повторила Эбба и демонстративно сунула вторую
  ногу в сапог. Обувшись, она потопала ногами. На лице Арне появилась
  ироническая усмешка:
   - А ты не находишь, что роль защитника оскорбленной невинности больше
  подошла бы Дон-Кихоту?
   - Ты становишься просто омерзителен! - Моника, вне себя от гнева, тоже
  выскочила в прихожую, - Я пойду с тобой, Эбба!
   Мы с Танкредом молча переглянулись.
   - Не надо, прошу тебя! - решительно ответила Эбба, застегивая плащ. Ее
  серые глаза сверкали. В блестящем плаще с капюшоном она была похожа на юную
  Жанну Д'Арк в боевых