ория еще полностью не оформилась, - изрек Йерн. - Но я вынужден
  напомнить: еще зимой, когда Арне сообщил о покупке "пиратского гнезда", я
  предупреждал, что в этом доме действуют определенные силы... Помнишь, Арне,
  как ты тогда смеялся? Особенно тебя забавляла возможность мести со стороны
  мертвого пирата, Йонаса Корпа. Пока эта месть постигла только несчастного
  пса. Но никто не знает, что случится дальше. На твоем месте, Арне, я бы
  сейчас, немедленно, отказался от всяких попыток переоборудовать этот дом.
   - Но это же чистое безумие!
   Арне ходил взад-вперед, засунув руки в карманы. Потом он встал перед
  Йерном и, вызывающе глядя ему в лицо, сказал:
   - Может быть, ты боишься, что "месть" падет и на твою голову? Может, ты
  полагаешь теперь, что и тебе самому лучше держаться от этого дома подальше?
   - Нет, отчего же? Наоборот! Если, конечно, меня тут желают видеть. Как
  писатель и как человек, которому все это далеко не безразлично, я не хотел
  бы упустить шанс. Такая возможность выпадает нечасто. И кроме того, я
  уверен: лично я - вне опасности. Полностью вне опасности. Опасаться надо
  тебе, Арне. Я еще раз предупреждаю тебя.
   Кроме Карстена Йерна, как выяснилось, был и еще один человек,
  относившийся к мести Йонаса Корпа с глубочайшей серьезностью. Наша милая
  Мари больше и слышать не хотела о том, чтоб остаться в доме, где творятся
  такие дела. Явившись на кухню, мы нашли ее полностью одетой, среди сумок и
  чемоданов. На все наши просьбы и уговоры