еты: нож для бумаг в виде кривой арабской сабли, маленькая
  позолоченная статуэтка сфинкса, исполнявшая прозаическую функцию
  пресс-папье, несколько ручек в деревянном стакане со старинными рунами и
  большая, массивная пепельница в виде черепа. Множество окурков
  свидетельствовало о том, что сочинительство идет полным ходом. Посреди
  лежала толстая раскрытая книга. Я заглянул в нее: "Неведомое"!
   - Сказочно богатый материал, - прокомментировал Карстен. - Здесь собрано
  более полусотни оккультных опытов с научным анализом. Этого материала мне
  хватит на десять новых книг.
   - Ты за деревьями не видишь леса, - заметил я. - Тут, у тебя под носом,
  творятся самые невероятные вещи. Зачем рыться в книгах, когда жизнь
  предоставляет тебе такой материал?
   И я рассказал про историю с комодом. Карстен мгновенно воспламенился:
   - А разве я вам не говорил? Ну, какие еще нужны доказательства, чтобы
  заставить нашего американца поверить своим собственным глазам? Подобные люди
  попросту не хотят видеть! Против глупости...
   - Против госпожи Глупости бессмысленно бороться даже писателям, - прервал
  его Танкред и повалился на мягкую софу. - О Великий и Ужасный, о Сын Луны,
  друг и брат всех оборотней и мертвецов! Мы усталые путники, пришедшие искать
  защиты и справедливости под твоим кровом - дай же нам выпить.
   Йерн подал бокалы и бутылку клубного портвейна.
   - Расскажи нам про Пале, Карстен! - требовательно попросила Эбба.
   - И про Лиззи! - присоединилась к ней