сти.
   - А что? - с любопытством спросила Эбба.
   - Старый сластолюбец! Представь себе карикатуру на развратного
  средневекового монаха...
   Так мы болтали не более четверти часа, когда раздался стук в дверь. Йерн
  пошел открывать и через мгновенье возвратился в сопровождении Лиззи.
   - Ты легка на помине, Лиззи! Мы как раз говорили о тебе и твоем муже...
  Садись, выпей с нами портвейна - это хорошо для астрального тела. Нет,
  пардон, я забыл вас представить: Лиззи Пале - Капеллен-Йенсен, Эбба и
  Танкред, супруги...
   Пока Карстен подал еще бутылку, я отметил, что Лиззи беспокойна и
  возбуждена. В ее глазах появилось загнанное выражение, как у зверька,
  оказавшегося в ловушке. Карстен опекал ее по-отечески, усадил с собой рядом
  на софу и протянул наполненный до краев бокал.
   - Ты устала, малышка? Или что-то случилось? Лиззи послушно выпила вина.
  Щеки ее быстро порозовели, в глазах появился блеск.
   - Этот Рейн опять явился к моему мужу. Нет, это свыше моих сил! От него
  тянет холодом, вы представляете? Весь дом становится ледяным и пахнет
  сыростью... Нет, я не знаю, как объяснить! Я бы никогда не отважилась пожать
  ему руку! Мне кажется, он весь мокрый и скользкий, как рыбья чешуя... Я
  скорей убежала, как только он пришел.
   Мне очень стыдно, но я ничего не могу с собой сделать... Это смешно, я
  понимаю... Но я ничего... Может, я сумасшедшая, Карстен? Объясни мне... Ты
  всегда так хорошо говоришь... Извините меня, я всегда бегу к Карстену,