сломанная кукла. Кровь растеклась повсюду. Над ней вырисовывалась худая волосатая фигура, вырывавшая ее внутренности, извивающиеся и скручивающиеся, словно копченые колбаски. Куски разодранных тканей висели на челюстях зверя, когда он зло уставился на него.
   Теперь он вспомнил. Он вскрикнул коротким истошным воплем и внезапно понял, что должен был умереть. Ведь эта тварь убивала и его, разве...
   Широко раскрыв глаза, он, несмотря на шум в голове, осмотрелся.
   Он был на поляне, и не один. Он узнал одного из друзей Рича - Шена, нового его приятеля. Он разговаривал с высоким мальчиком, тот подпрыгивал, ухмыляясь и размахивая руками, когда меньший говорил. Фолкнер видел его раньше, очевидно, недоразвитый идиот.
   Они спасли его?
   Он усмехнулся абсурдности этой мысли. Как могли двое мальчишек противостоять ужасу, ворвавшемуся в его дом? Даже когда он вспоминал события предыдущей ночи, перед ним вставали леденящие душу картины. Он чувствовал, что глаза его горят, но сдерживал слезы.
   Инстинктивно он сжал кулаки, но увидел, что его правая рука безжизненно лежит на камнях, холодная и неподвижная. Он тупо уставился на онемевшую руку и скорее почувствовал, чем услышал приближающиеся шаги.
   Посмотрев туманным взглядом, он увидел Шена и другого мальчика, стоящих перед ним. Высокий мальчик, идиот, улыбался и по-детски хихикал, и Фолкнер мог видеть каплю, висевшую у него под носом.
   - Тебе лучше, Кейт? - спросил Шен, уперев руки в бедра.
   Фолкнер почувствовал возмущение от его высокомерия. Назвать взрослого по имени было неслыханно в его доме. Он вбивал это в Рича ремнем. Его левая рука сжалась в кулак.
   - Я не пытался бы на твоем месте, Кейт, - сказал Шен холодно.
   - Я исполосую тебя, наглый щенок, - он двинулся вперед, поднимая руку.
   Шен поднял палец, словно наставляя непослушного ребенка.
   - Ты чего-то добиваешься,