ть.
  Сражаться в темноте с человеком, у которого убийственный нож, было бы
  величайшей глупостью.
   Он бросился к выходу на заднюю площадку и выскочив наружу, захлопнул
  за собой дверь. Путь к спасению был один: наверх. Дикин мгновенно забрался
  на крышу вагона, лег ничком и посмотрел вниз, ожидая появления Карлоса,
  чтобы либо броситься на него сверху, либо выждать, пока тот не полезет
  наверх, и тогда сбросить его ударом по голове. Проходили секунды, но
  Карлос не появлялся. Прозрение наступило слишком поздно. Он повернул
  голову и посмотрел в белое пространство, заполненное снегом.
   По крыше, от передней площадки вагона, к нему подползал Карлос и в
  этот момент находился не более, чем в десяти футах от него. Держа в руке
  нож, он осклабился в предвкушении победы над противником. Белые зубы
  зловеще сверкали на его черном лице. Карлос напоминал человека, который не
  только наслаждался происходящим, но и предвкушал еще большее наслаждение
  от того, что произойдет. Дикин не разделял его чувств. Только одно
  обстоятельство могло уменьшить преимущество Карлоса над ним. В то время,
  как на стороне Карлоса было физическое преимущество, его умственные
  способности были намного ниже, тем более, что он влил в себя изрядную
  порцию спиртного.
   Упираясь в крышу коленями и ладонями, Дикин повернулся лицом к
  противнику. При этом его взгляд уловил что-то вроде решетчатого