у
  под ящик с инструментами и, пошарив, вытащил оттуда револьвер. Он протянул
  его Дикину, который взял его и вернул полковнику его кольт. Клэрмонт
  указал на тендер. Дикин понимающе кивнул.
   - Они не дураки и быстро сообразят, что если мы не в поезде, то можем
  находиться только здесь. Во всяком случае, нас, наверняка, выдадут следы
  на крыше. - Дикин резко повернулся к Рэфферти: - Держите его на мушке и не
  спускайте с него глаз! При малейшем подозрительном движении стреляйте так,
  чтобы уложить его наповал! Тут нет места сентиментальности...
   - Наповал?
   - Конечно! Ведь не стали бы вы стремиться только легко ранить
  гремучую змею, если бы та собралась напасть на вас! А Банлон гораздо
  опаснее гремучей змеи. Так что можете спокойно отправлять его к праотцам,
  ведь он все равно умрет на виселице, если не станет прыгать из поезда на
  полном оду...
   - Я?... На виселице? - физиономия машиниста задергалась в
  непрекращающемся нервном тике. - Не знаю, кого вы из себя разыгрываете,
  Дикин, но закон гласит...
   Без сякого предупреждения Дикин шагнул к нему и ударил с такой силой,
  что Банлон стремительно отлетел к рычагам управления.
   Изо рта и носа машиниста алым потоком хлынула кровь, залившая все
  вокруг.
   - У-у-у... - застонал Банлон, со страхом глядя на окружающих его
  людей.
   - Я и есть закон! - отрезал Дикин.
  
  
  
   8