вернулся к двум солдатам, которые в этот
  момент вошли в купе. Телеграфист Фергюсон нес складной столик, моток
  кабеля и небольшой чемоданчик с письменными принадлежностями. За ним шел
  его молодой помощник по имени Браун, неся увесистый передатчик.
   - Приготовьте все и доложите, как будете готовы! - приказал Клэрмонт.
   Через две минуты провод уже был закреплен на верхушке телеграфного
  столба, на котором полусидел-полувисел Браун. Он закончил подготовку и
  махнул рукой.
   - Отлично! Сперва соединитесь с фортом.
   Телеграфист принялся выстукивать позывные сигналы три раза подряд.
  Почти сразу же в его наушниках послышался слабый звук морзянки. Фергюсон
  сдвинул наушники и сообщи:
   - Минутку, сэр! Они связываются с Фэрчайлдом.
   Пока все они ждали, вошла Марика, за ней плелся преподобный отец
  Пибоди. Вид у него был мрачный - было похоже, что он провел скверную ночь.
   Марика бесстрастно взглянула на Дикина, потом перевела свой взгляд на
  дядюшку.
   - Мы соединяемся с фортом Гумбольдт, дорогая, - сообщил ей
  губернатор. - Через минуту мы получим свежайшие сведения.
   В наушниках снова послышалась морзянка. Фергюсон что-то быстро
  записал, вырвал из блокнота листок и протянул его Клэрмонту.
  
  
   На расстоянии более чем дня пути, за горным перевалом, в телеграфной
  форта Гумбольдт, сидели или стояли восемь человек. Тот, кто был несомненно
  главным, развалился