приступил к работе. Через некоторое время, орудуя
  попеременно то банкой со смазкой, то инструментами, он наконец добился
  своего - цепи разомкнулись и провисли, разомкнув вагоны. Карлос даже не
  шевельнулся. На локтях и коленях Дикин выбрался из-под вагона и
  возвратился в кабину локомотива. Как он и ожидал, стрелка манометра вновь
  скатилась к синей черте. Через некоторое время после того, как Дикин вновь
  наполнил ненасытную утробу топки, стрелка вернулась к красной линии. Дикин
  устало опустился на сиденье в углу и закрыл глаза.
   Трудно сказать спал он или бодрствовал. Если и спал, то несомненно, в
  его мозгу работало нечто вроде часового механизма, так как через
  определенные промежутки времени он открывал глаза, вставал, подбрасывал
  дрова в топку и снова возвращался на свое место. Когда Банлон и Рэфферти
  вернулись в сопровождении О'Брайена в кабину, они увидели, что он сидит
  сгорбившись, опустив голову на грудь и закрыв глаза. Казалось, он спал.
  Внезапно он вздрогнул и открыл глаза.
   - Так я и знал! - презрительно выпалил О'Брайен. - Спите на посту,
  Дикин!
   Тот ничего не ответил, а просто указал на манометр. Банлон проверил
  показания.
   - Смею доложить, майор, если он и спал, то недолго. Все в порядке, -
  он обернулся и посмотрел на тендер. - И топлива потратил сколько нужно -
  не больше, не меньше. Хорошая работа! Конечно, имея такой опыт обращения с
  огнем, как