Только с ним. Потому что. Он. Взял. Меня. Силой... - Она умолкла, и ее
  взгляд скользнул к потолку.
   Кэрри оцепенела от ужаса. Мама вела себя как припадочная - казалось,
  на нее снизошло какое-то великое откровение, которое вот-вот ее
  уничтожит.
   - Мама...
   - В машинах... Да уж, я знаю, где они прибирают тебя к рукам. За
  городом. В придорожных мотелях... Виски. Этот запах... Они дышат на тебя
  этим запахом! - Голос ее поднялся до крика. На шее вздулись вены, а
  запрокинутая голова заходила по кругу, словно ее взгляд искал что-то на
  потолке.
   - Прекрати, мама.
   Слова вернули ее в некое туманное подобие действительности. Губы
  миссис Уайт раскрылись от удивления, и она замерла посреди кухни, будто
  пытаясь отыскать в этом новом мире что-то старое, знакомое, за что можно
  уцепиться.
   - В чулан, - пробормотала она наконец. - Иди в чулан и молись.
   - Нет.
   Мама занесла руку для удара.
   - Нет!
   Рука застыла в воздухе. Мама уставилась на нее, словно не могла
  поверить, что она все еще там или все еще цела.
   Ни с того ни с сего с подставки па столе поднялся противень с пирогом
  и, метнувшись через всю кухню, врезался в стену рядом с дверью в
  гостиную. По стене поползли фиолетовые потеки черничного варенья.
   - Я иду на бал, мама!
   Мамина перевернутая чашка подскочила и, просвистев у нее над ухом,
  вдребезги разбилась над плитой. Миссис Уайт взвизгнула и рухнула на
  колени,