Совсем уже отчаявшись, она принялась поднимать и опускать швейную
  машинку, раскачивая ее в воздухе, словно маятник, все сильнее и сильнее.
   - ...и защити нас от непокорных дочерей, зараженных дьявольским
  своенравием... - Заткнись ! - неожиданно выкрикнула Кэрри. Несколько
  секунд в молитвенной комнате царила тишина, затем снова послышалось
  напевное бормотание. Семь тридцать три. Не приедет.
   (тогда я сломаю весь дом)
   Идея родилась у нее легко, сразу. Да, сначала швейную машинку через
  стену гостиной. Затем диван через окно. Столы, стулья, книги, мамина
  брошюры - в одном бешеном вихре. Трубы, вырванные из стен, но все еще
  льющие воду, словно выдранные из плоти артерии. Крыша - если это будет
  под силу. Кровельные дощечки, срывающиеся вверх, в ночь, будто
  испуганные голуби... В окно плеснуло ярким светом.
   Мимо то и дело проносились машины, каждый раз заставляя ее сердце на
  мгновение замирать, но эта двигалась гораздо медленнее.
   (неужели)
   Не в силах сдержаться, Кэрри подбежала к окну, и да, действительно,
  это он, Томми, только-только выбрался из машины - даже при свете уличных
  ламп он казался прекрасным, полным энергии, почти... искрящимся. От
  этого последнего сравнения она чуть не захихикала. Мама перестала
  молиться.
   Кэрри схватила легкий шелковый платок, висевший на спинке стула, и
  накинула его на голые плечи. Прикусила губу, поправила волосы - в этот
  момент