. Кто-то заулюлюкал. Джордж, не останавливаясь, бросил на
  насмешника комично-свирепый взгляд и, скрестив руки, пустился вприсядку,
  едва не шлепнувшись задом на пол.
   Кэрри улыбнулась.
   - А Джордж - забавный, - сказала она.
   - Конечно. Отличный парень. Тут полно хороших людей. Хочешь, пойдем
  сядем?
   - Да, - ответила Кэрри благодарно.
   Томми прошел к входу в зал и вернулся с Нормой Уотсон; по случаю бала
  та сделала новую прическу в виде огромного взрыва.
   - Ваш столик на той стороне, - сказала она, с ног до головы ощупывая
  Кэрри взглядом своих ярких глаз в войсках какого-нибудь дефекта: вдруг
  где лямка торчит или прыщи выступили - одним словом, чего угодно, о чем
  можно будет рассказать у дверей, когда она туда вернется. - У тебя
  просто замечательное платье, Кэрри. Где ты его купила?
   По пути вокруг площадки для танцев к столику Кэрри рассказывала ей о
  своем платье. От Нормы пахло мылом, духами и фруктовой жевательной
  резинкой. У столика стояли два складных кресла, увитые лентами из все
  той же гофрированной бумаги. Столик тоже был накрыт бумагой - школьные
  цвета. На бумажной скатерти стояла бутылка из-под вина с воткнутой
  свечой и две бумажные гондолы с жареными орешками.
   - Я просто не могу прийти в себя, - продолжала Норма. - Ты ну прямо
  совсем другая стала! - Она мельком взглянула Кэрри в лицо, и почему-то
  ей стало немного не по себе. - Ты буквально светишься! В чем тут секрет?