рской. Думаю, он не станет возражать.
   - Это будет очень любезно со стороны Лестер, - сказала Бетти.
   Она не знала, где сейчас Лестер и что она делает, но в том возвышенно-героическом почитании, которое на небесах испокон века является чуть ли не основной формой общения святых, она была твердо убеждена, что Лестер занята каким-то хорошим и важным делом. Конечно, лучше бы Лестер сама пригласила ее к себе домой, но раз она занята...
   - Кстати, Джон, - неожиданно сказала она, - я как раз собиралась попросить тебя пригласить как-нибудь Ричарда пообедать с нами.
   - Я и сам об этом думал, - кивнул Джонатан. - Обязательно пригласим. Я, к сожалению, плохо помню его жену, но она казалась мне хорошей женщиной - еще до того, что ты мне рассказала.
   - Ой, она - чудо! - воскликнула Бетти. - Она...она как свет на твоей картине - и почти совсем как ты.
   Джонатан посмотрел на Город, изображенный на полотне.
   - Перед тем как начать новую, серьезную работу, мне хотелось бы рассчитаться с долгами, - сказал он. - Раз уж мы дарим Саймону его портрет и раз ты так высоко ставишь Лестер - не подарить ли нам эту картину Ричарду? Или ты хочешь оставить ее дома?
   - Чудесная мысль, - одобрила Бетти. - А можно?
   Мне всегда хотелось подарить что-нибудь Лестер, только нечего было, а если ты отдашь им эту картину, будет просто замечательно. Если они возьмут.
   - Ничего себе "если"! - фыркнул Джонатан. - Милая моя, да ты хоть понимаешь, что на сегодня это моя лучшая работа? Ты что же, полагаешь, что любой приличный небожитель не будет рад такому замечательному подарку?
   Смеялась не только Бетти, даже воздух вокруг нее искрился от смеха. Успокоившись, она проговорила с нарочитой застенчивостью:
   - Она может не слишком хорошо разбираться в картинах. Даже в твоих.
   - Если честно, я и сам временами сомневаюсь, так ли уж это хорошо, - признался Джонатан, но Бетти тут же запротестовала:
   - А я ни капельки не сомневаюсь. Ну, то есть я пока еще плохо разбираюсь, но потом обязательно