ровых печатных
  станках.
   - Подумать только, - удивилась Виолетта.
   - Этот станок выдает тысячу сто страниц в час. Изобретатели считают, что
  его можно еще усовершенствовать - довести до тысячи восьмисот. Ручной станок
  делал всего двести пятьдесят страниц. Аппарат изобрел некий Кониа, немец.
  Скоро его также введут в действие для печатания книг. Тогда нас совсем
  завалят слащавыми романами о печальных героинях и зловредных героях.
  Виолетта усмехнулась. Последняя фраза, очевидно, предназначалась Летти, и
  она сказала:
   - Вы забыли, сэр, об одной весьма существенной особенности романа, ведь в
  нем еще присутствует и положительный герой. Я думаю, что женщин он-то, в
  основном, и привлекает. Поэтому они читают романы. По крайней мере, я
  увлекаюсь только положительными персонажами, - добавила она и посмотрела на
  него с вызовом.
   Хавергал состроил гримасу.
   - Извините, дорогие леди, за мою оплошность. Я совсем не подумал, какое
  впечатление могут произвести мои слова на благочестивых дам. Но я не думал
  ничего плохого, клянусь вам. Я сам читаю эту чушь в огромных количествах. -
  Он лихорадочно вспоминал, что из легкого чтива попадалось ему в последнее
  время. Надо было спасать положение. - Вот, к примеру, Вальтер Скотт. Я
  обожаю его.
   Женщины обменялись удивленными взглядами, что позволило ему заключить,
  что Вальтера Скотта они относили к вполне серьезному чтению, и он совсем
  сник.
   - А "Монах Люиса" или "Замок Отранто"